Впервые — в газете «Курьер», 1902, № 278,
8 октября (Москва. Мелочи жизни).
С Ф. И. Шаляпиным (1873 — 1938) — Андреев
познакомился через М. Горького. С гордостью за русское искусство Андреев писал
в «Курьере» о феноменальном успехе Ф. И. Шаляпина в 1901 г. в Милане: «Откуда-то
снизу, минуя все эстетические заставы и застенки, не оплатив своего таланта
даже восьмидесятикопеечной гербовой маркой, прорезая короткий и прямой путь,
как поднимающийся вверх орел, — появился неизвестный человек с фамилией Шаляпин,
сразу стал известным и сразу поднялся так высоко, что шапка валится, на него
глядючи» («Курьер», 1901, № 78, 20 марта). Андреев посвятил Ф. И. Шаляпину прочитанную
ему еще в рукописи «Жизнь Василия Фивейского». Дружеские отношения между Андреевым
и Ф. И. Шаляпиным продолжались и дальше. 15 ноября 1908 г. Ф. И. Шаляпин смотрел
в петербургском Новом театре пьесу Андреева «Дни нашей жизни», о чем сообщил
автору. «Милый, я очень хочу тебя видеть, и если правда тебе это не трудно и
с руки, то приезжай, — писал Андреев Ф. И. Шаляпину из Ваммельсу. — Твоей дружеской
телеграммой ты доставил мне большую и, по совести сказать, неожиданную радость:
не от злого сердца, а от злой жизни, какова есть наша жизнь, ты легко мог позабыть
меня. Сердцем рад, что этого не случилось» («Федор Иванович Шаляпин». Т. 1.
Литературное наследство, письма. М., Искусство, 1976, с. 586; письмо ошибочно
датировано 1917 г.). В мае 1909 г. Андреев известил Ф. И. Шаляпина, выступавшего
тогда в Париже, о рождении сына Саввы. «Ты уже, наверное, получил мою телеграмму,
— ответил Ф. И. Шаляпин 13(26) мая 1909 г. — Рад я очень и сочту для себя священным
быть крестным отцом твоему маленькому «мстителю». Желаю, чтобы солнышко хорошо
согрело его в будущей жизни и чтобы звездочки заронили в его маленькую душу
великие искры своего папаши...» (Встречи с прошлым. Вып. 1, изд. 2-е, исправл.
М., Советская Россия, 1972, с. 135). 15 октября 1909 г., пересылая Ф. И. Шаляпину
свой новый рассказ «Сын человеческий», Андреев писал: «Был у меня один друг:
Горький! И он мне изменил — иначе я не могу назвать то, что произошло <...>
Но без друга жить нельзя, и я мечтаю о друге. И уже давно мои мысли склоняются
к тебе. Я люблю твой талант (без тебя я говорю: гений), твое проникновение в
глубину душ человеческих, твое лицо и голос твой, на которых почиет отсвет Божества.
И так как все это есть ты, Федор, то я люблю тебя, Федора, люблю крепко, нежно
и неизменно, как и до сих пор, при всех его изменах, люблю Горького. Конечно,
не слава твоя прельщает меня, ибо слава действительно дым. Но несомненно и то,
что будь ты ординарный человек, со всею мелкотою и дешевкою его души и жизни,
а не Федор Шаляпин — я не любил бы тебя. Да! И хоть давно уже я люблю тебя и
мечтал о тебе, но был спокоен спокойствием безнадежности: твоя холодность, прикрытая
тонким слоем внимания и любезности, что-то обязательное в твоем отношении ко
мне, даже предупредительность твоя — говорили мне одно: что я тебе не нужен
<...> Давно, еще в Москве, заметил я это и понял — и скромно отошел от
тебя, не чувствуя возможности оставаться в приятелях <...> Но вот в прошлом
году ты странно взволновал меня. Будто новое что-то зазвучало в любезности твоей
— появилось нечто от души. Случилось ли что с тобою? Новая ли мысль, новые ли
чувства появились в тебе за те года, что протекли, и я чем-то подошел к тебе
— далекий расстоянием и временем — стал ближе духом? И еще больше взволновался
я летом. То новое, мелькнувшее в тебе, не исчезло, но как будто заговорило громче
<...> Неужели у меня может еще быть друг? — подумал я и просто замахал
руками: Отыди, сатана, не искушай! Вспоминал Максимыча. Вспомнил некоторые другие
обманы. Вспомнил всю свою нелепую, наивную — до седых волос ребяческую доверчивость,
с которой я отдавал людям свою любовь и дружбу, а они... Нет ничего горше, как
доверие обманутое» (АГ, ПТЛ 4-7-1). 29 сентября 1917 г. Ф. И. Шаляпин был с
Андреевым на премьере «Екатерины Ивановны» в Петроградском театре К. Н. Незлобина.
Спектакль произвел на него большое впечатление. «Шаляпин очень громко плакал»,—
написал на следующий день Андреев брату Андрею Николаевичу Андрееву (Русский
современник, 1924, № 4, с. 153).
...образ царя Бориса.— Здесь и далее
Андреев перечисляет оперный репертуар Ф. И. Шаляпина: царь Борис («Борис Годунов»
М. П. Мусоргского), царь Иван («Псковитянка» Н. А. Римского-Корсакова), Олоферн
(«Юдифь» А. Н. Серова), Фарлаф («Руслан и Людмила» М. И. Глинки), Еремка («Вражья
сила» А. Н. Серова).
Как ни пой Шаляпин «Блоху», а создали
ее все-таки Гете и Мусоргский, а не он... — «Песнь о блохе» М. П. Мусоргского
написана на слова Гете в поэме «Фауст» (песня Мефистофеля в погребке Ауэрбаха).
Перевод А. Н. Струговщикова.
Мочалов П. С. (1800 — 1848) — драматический
актер, создавший свои лучшие роли в произведениях В. Шекспира и Ф. Шиллера.
В. Г. Чеховский — владелец фотоателье
в Москве на Петровке.
    |
